Адрес:
220030, город Минск, проспект Независимости, 11 к.2 офисы 222, 503, 506 (БЦ отеля "Минск") Email:buro24@tut.by

ПУБЛИЧНЫЙ ПОРЯДОК И ШТРАФНЫЕ УБЫТКИ: ПУТИ СОПОСТАВЛЕНИЯ


А.Ю.КОРОЧКИН,
старший партнер Юридической группы "Бюро24", к.ю.н., доцент

Материал подготовлен с использованием
правовых актов по состоянию
на 22 января 2010 г.

Аннотация

В настоящей статье автор исследует вопросы соотношения иностранных судебных решений о взыскании штрафных убытков и публичного порядка Республики Беларусь. В работе отражаются различные подходы судебной практики иностранных государств к признанию и приведению в исполнение подобных судебных решений. Отдельное внимание в статье уделяется исследованию возможности частичного применения оговорки о публичном порядке в производстве по признанию и приведению в исполнение судебных постановлений о взыскании суммы основного долга и чрезмерного размера штрафных санкций.

Введение

Под штрафными (карательными) убытками ("punitive", "exemplary", "penal" damages) принято подразумевать суммы, к уплате которых помимо компенсационных или номинальных убытков ответчик присуждается, как правило, за "отягощенные" нарушения. Целями применения этой меры являются покарание и превенция, особенно в случаях, когда нарушение совершалось злонамеренно [1].
Институт "штрафных убытков" закреплен не во всех правовых системах. Следствием этого обстоятельства являются проблемы при признании и приведении в исполнение судебных постановлений о взыскании таких санкций в стране, не признающей таких правовых институтов. Нередко в признании и приведении в исполнение решений о взыскании штрафных убытков отказывают по мотивам несоответствия публичному порядку.
В белорусской юридической литературе детального исследования проблем сопоставления штрафных убытков и публичного порядка Республики Беларусь при рассмотрении хозяйственных (экономических) споров не проводилось. В российской правовой доктрине указанные вопросы исследовались в публикациях Е.Г.Афанасьевой, М.Г.Долгих, Б.Р.Карабельникова [2], Т.Н.Нешатаевой [3], Е.В.Ситкаревой [4].
Целью настоящей статьи является выработка правовой позиции по вопросу возможности частичного применения оговорки о публичном порядке при рассмотрении дел о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений о взыскании суммы основной задолженности и чрезвычайно высокого размера гражданско-правовых санкций.

Основная часть

Для описания поведения ответчиков, в отношении которых суды применяют штрафные убытки, зачастую используются термины "bad faith" ("недобросовестное"), "outrageous" ("вопиющее"), "violent" ("насильственное"), "wanton" ("бессмысленное", "пренебрежительное"), "wicked" ("злонамеренное"), "reckless" ("грубо неосторожное", "пренебрежительное"); "fraud" ("мошенничество"), "malice" ("злонамеренность"), "oppression" ("притеснение") [5].
Судебная практика и доктрина отмечают, что взыскание таких убытков доставляет потерпевшему моральное удовлетворение, удерживает его от нежелательных действий по самозащите, компенсирует ему те суммы, которые иначе не подлежали бы возмещению, в частности, те судебные расходы, которые иначе остались бы некомпенсированными [6].
Детальное исследование истории развития института штрафных убытков представлено в статье российских правоведов Е.Г.Афанасьевой и М.Г.Долгих "Частное и публичное в одном флаконе". Указанные исследователи отмечают, что первые судебные решения о присуждении ответчиков к уплате штрафных убытков были вынесены в Англии в 1763 году. Практически сразу же этот институт получил признание в американских колониях, а к середине XIX века занял прочное место в англо-американском праве. Однако применялся он в сравнительно узкой области традиционных умышленных деликтов, таких как "assault" ("угроза насилием"), "battery" ("насилие"), "malicious prosecution" ("злонамеренное судебное преследование"), "false imprisonment" ("неправомерное лишение свободы") и "trespass" ("нарушение владения"). Суммы штрафных убытков, как правило, были умеренны, сопоставимы с суммами убытков компенсационных [1].
Во второй половине XX века ситуация сильно изменилась. К уплате штрафных убытков стали все чаще присуждать производителей вредоносной продукции, и основанием для привлечения к их уплате признавалось не только умышленное, но и грубо неосторожное поведение, пренебрежительное отношение к правам пострадавших. Сильно возросли суммы штрафных убытков [1].
В настоящее время взыскание штрафных убытков применяется в ряде стран общего права, правда, обстоятельства, при которых они взыскиваются, и конкретные суммы в разных юрисдикциях неодинаковы. Например, в Англии это возможно в случаях причинения вреда госслужащими; в случаях, когда ответчик в результате нарушения обогащается на сумму, превышающую компенсацию, которая может быть присуждена истцу; в иных случаях, специально предусмотренных законодательством. В Новой Зеландии круг оснований для присуждения штрафных убытков шире, чем в Англии, однако суммы заметно меньше американских [1].
В одних юрисдикциях не установлено каких-либо ограничений сумм, присуждаемых в качестве штрафных убытков, а в других такие ограничения предусмотрены, но существенным образом различаются основания и механизм их применения. Например, законодательство Алабамы ограничивает штрафные убытки (кроме как в случаях причинения физического вреда) троекратным размером компенсационных убытков или суммой в 500 тыс.дол., а для мелких компаний, стоимость чистых активов которых меньше 2 млн.дол., суммой в 50 тыс.дол. или 10% от стоимости чистых активов (в зависимости от того, какая сумма меньше). Если же истцу причинен физический вред, потолок штрафных убытков существенно повышается. Законодательство Аляски вводит предельный размер штрафных убытков, который существенно увеличивается, если ответчик руководствовался корыстными мотивами. По законодательству Канзаса максимальный размер штрафных убытков ограничен 5 млн.дол. или годовым доходом ответчика (в зависимости от того, какая сумма меньше) [1].
В Великобритании штрафные убытки не присуждаются по антитрестовским делам, а в США - присуждаются. В Австралии за последние несколько лет принят ряд законов, ограничивающих полномочия судов присуждать ответчиков к уплате штрафных убытков [7].
В настоящее время в США нередко высказываются сомнения в конституционности данной меры, которая во многом похожа на уголовное наказание, но применяется без соблюдения уголовно-процессуальных гарантий, и выдвигаются предложения, как сделать применение штрафных убытков более справедливым, единообразным и предсказуемым [1]. Так, предлагается на федеральном уровне ограничить предельный размер штрафных убытков, взыскиваемых в рамках одного дела: с представителей крупного бизнеса - двукратным размером собственно убытков или твердой суммой в 250 тыс.дол. (в зависимости от того, какая сумма окажется больше); с представителей мелкого бизнеса - двукратным размером собственно убытков или твердой суммой в 250 дол. (в зависимости от того, какая сумма окажется меньше) [5].
Наиболее часто в доктрине упоминается решение Верховного Суда США по делу TXO Production Corp. v. Alliance Resources (1993 год), по которому ответчику были присуждены 19 тыс.дол. США компенсационных и 10 млн.дол. США штрафных убытков с истца, заведомо безосновательно предъявившего иск с целью опорочить право ответчика на освоение недр (slander of title) [8].
В российской правовой литературе высказывается мнение о том, что исполнение такого решения будет противоречить правовому принципу возмещения имущественного ущерба в стране - за нарушения договорных отношений применение мер карательного характера исключается. Более того, суды в Российской Федерации полномочны по собственной инициативе уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства. Это право предусмотрено в ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК Российской Федерации). Таким образом, решение третейского суда, вынесенное с применением принципа "punitive damage", может подлежать оспариванию на основании противоречия публичному порядку Российской Федерации [3].
В странах континентального права штрафные убытки долгое время признавались мерой, неуместной в частноправовых отношениях в силу ее карательной направленности. Однако, как отмечают российские исследователи Е.Г.Афанасьева и М.Г.Долгих, в последнее время в европейском праве, в праве Франции, Германии, Испании, Канады и Австралии произошли сдвиги в сторону признания этого института [1].
Во Франции проект изменений в Гражданский кодекс предусматривает возможность присуждения к выплате штрафных убытков в случаях совершения умышленных нарушений в корыстных целях, причем часть этих убытков по усмотрению судьи может присуждаться не в пользу потерпевшего, а в пользу казны. В практике германских судов начинают появляться решения о присуждении штрафных убытков по частным требованиям [1].
В настоящее время практика исполнения иностранных судебных решений о присуждении штрафных убытков неоднородна. Например, японские, германские и итальянские суды отказывались исполнять такие решения. Верховный Суд Японии признал штрафные убытки, взысканные за введение контрагента по договору лизинга в заблуждение, противоречащими японскому Гражданско-процессуальному и Гражданско-исполнительному кодексам и публичному порядку [1].
Даже в странах общего права иностранные решения о присуждении штрафных убытков исполняются далеко не всегда. Например, в Англии Закон о защите торговых интересов 1980 года запрещает судам исполнять иностранные судебные решения о взыскании многократных убытков [1].
В то же время последние тенденции в области развития права Европейского союза свидетельствуют о возможности установления факта несоответствия института штрафных убытков публичному порядку государства, рассматривающего спор.
Так, в соответствии с пунктом 32 преамбулы Регламента N 864/2007 Европейского парламента и Совета Европейского союза "О праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам (Рим II)" "применение положения права, указанного настоящим Регламентом, которое повлекло бы назначение суммы, уплачиваемой в порядке возмещения вреда, имеющей характер поучительной меры или наказания и являющейся чрезмерной по отношению к размеру понесенного ущерба, может с учетом обстоятельств дела и правопорядка государства - члена суда, рассматривающего дело, признаваться противоречащим публичному порядку суда" [9].
Интересным представляется обратиться к судебной практике арбитражных судов Российской Федерации по делам о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений о взыскании штрафных убытков.
Так, между иностранной компанией и российским обществом были заключены контракт купли-продажи дизельного топлива и мазута и дополнительные соглашения к нему.
Исходя из положений названного контракта, компания подала уведомление об арбитраже с просьбой о проведении арбитражного разбирательства в отношении общества и взыскании упущенной выгоды из-за недопоставки дизельного топлива, штрафа за недопоставку дизельного топлива, упущенной выгоды за недопоставку мазута, арбитражных расходов и расходов на юридическое представительство.
Решением арбитража ad hoc от 14.06.2005 требования компании удовлетворены частично: вынесено решение о взыскании с общества 28041975 долларов США штрафа за недопоставку дизельного топлива с начислением на эту сумму процентов годовых по ставке, соответствующей официальной шведской исходной ставке процента, плюс 8 процентов начиная с 30.06.2005 до даты осуществления полной оплаты; 226750 долларов США возмещения гонораров и расходов состава арбитража с начислением на эту сумму процентов годовых по ставке, соответствующей официальной шведской исходной ставке процента, плюс 8 процентов начиная с 14.06.2005 до даты осуществления полной оплаты; в удовлетворении требования о взыскании убытков отказано.
Поскольку решение арбитража обществом исполнено не было, компания обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании и принудительном исполнении этого решения.
Определением Арбитражного суда города Москвы в удовлетворении заявленного требования отказано.
Федеральный арбитражный суд Московского округа своим постановлением определение суда первой инстанции оставил без изменения.
Отказывая в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения арбитража ad hoc, арбитражные суды сделали вывод о его противоречии публичному порядку Российской Федерации, поскольку при отсутствии у компании права на возмещение убытков в виде упущенной выгоды взысканная арбитражем сумма неустойки носит карательный характер.
Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС) установил, что арбитражными судами не учтено следующее.
Начисление штрафа осуществлялось арбитражем на основе применимого к упомянутому контракту шведского права и дополнительного соглашения, условия которого соответствуют обычной деловой практике в Российской Федерации и предусматриваются законодательством Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 330 ГК Российской Федерации неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
В соответствии с пунктом 1 статьи 394 ГК Российской Федерации если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.
Пунктом 1 статьи 1 ГК Российской Федерации установлено: одним из основных начал гражданского законодательства является признание равенства участников регулируемых им отношений и обеспечение восстановления нарушенных прав.
Исходя из правовой позиции, сформулированной пунктом 29 Информационного письма Президиума ВАС от 22.12.2005 N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов", публичный порядок основан на принципах равенства сторон гражданско-правовых отношений, соразмерности мер гражданско-правовой ответственности последствиям правонарушения с учетом вины.
Таким образом, гражданское законодательство исходит из принципа равенства прав и обязанностей российских и иностранных юридических и физических лиц и предусматривает в качестве возможной меры ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору взыскание штрафной неустойки. Следовательно, она входит в правовую систему Российской Федерации и ее взыскание не может противоречить публичному порядку Российской Федерации.
Общество не доказало и из материалов дела не следует несоразмерность примененных арбитражем мер гражданско-правовой ответственности последствиям нарушения контракта и дополнительных соглашений к нему [10].
Учитывая изложенное, ВАС постановил определение Арбитражного суда города Москвы и постановление Федерального арбитражного суда Московского округа отменить.
Отметим, что позиция ВАС по указанному делу подвергалась, на наш взгляд, справедливой критике в российской научной литературе.
Так, российский ученый Б.Р.Карабельников поставил под сомнение мотивировку постановления Президиума ВАС: "Полностью соглашаясь с выводом Постановления Президиума ВАС, все-таки поставим под сомнение его мотивировку. Получается, что если бы российское право не знало неустойки, то решение о взыскании предусмотренного договором штрафа вступило бы в противоречие с российским публичным порядком? Но российской правовой системе неизвестны многие применяемые за рубежом санкции. Получается, что, заключая с российским предприятием договор, подчиненный иностранному праву, юристам следует сопоставить санкции, известные этому праву, с санкциями, предусмотренными нашим ГК, а то арбитражное решение о применении мер ответственности, не закрепленных в российском праве, будет расценено как нарушающее публичный порядок... Позволим себе усомниться в оправданности данного подхода" [2].
В отечественном законодательстве институт штрафных убытков отсутствует. Однако необходимо отметить, что при существующем в законодательстве Республики Беларусь институте неустойки, в случае согласования контрагентами ее высокого размера в определенных обстоятельствах, подлежащая взысканию сумма неустойки может быть расценена судами как чрезмерная и носящая карательный характер.
Приведем интересный пример из практики признания и приведения в исполнение решения Хозяйственного суда Брестской области на территории Литовской Республики.
Хозяйственный суд Брестской области своим решением постановил взыскать с литовского общества в пользу белорусского предприятия задолженность в размере 22 тысяч долларов США, пеню в размере 25 тысяч долларов США, всего 47 тысяч долларов США. При этом необходимо отметить, что сторонами в контракте была установлена пеня в размере 2% от суммы основного долга за каждый день просрочки. При обращении в Хозяйственный суд Брестской области истец просил взыскать пеню в размере 83 тысяч долларов США. Однако, воспользовавшись правом, предусмотренным статьей 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее - ГК), суд уменьшил неустойку до 25 тысяч долларов США.
Белорусское общество обратилось в Апелляционный суд Литовской Республики с заявлением о признании и приведении в исполнение решения Хозяйственного суда Брестской области в рамках Договора между Республикой Беларусь и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, подписанного в г. Вильнюсе 20.10.1992 (далее - Договор).
Апелляционный суд Литовской Республики в своем определении констатировал, что отказать в признании решения иностранного суда можно на основании статьи 19 Договора, поскольку в указанной статье 19 закреплена общая норма о том, что правовая помощь, которая охватывает условия для признания и разрешения на приведение в исполнение судебного решения и порядок, не предоставляется, если ее предоставление может помешать суверенитету и безопасности, правам граждан и законным интересам Договаривающейся стороны, которой предоставлено ходатайство, или противоречит принципам ее законов.
"Безумно большие проценты могли быть оценены как нарушение общественного порядка, если бы они означали узаконенность ростовщичества" [11].
Литовский суд установил, что сумма пени в 25 тысяч долларов США является непропорционально большой суммой и признание ее в полном объеме противоречило бы общественному порядку Литовской Республики.
"Вследствие указанных аргументов ходатайство заявителя удовлетворяется частично, признав на территории Литовской Республики решение Хозяйственного суда Брестской области в части, которой присуждена сумма пени на 50 процентов меньше" [11].
Таким образом, Апелляционный суд Литовской Республики постановил признать на территории Литовской Республики часть решения Хозяйственного суда Брестской области о присуждении задолженности в размере 22 тысяч долларов США и пени в размере 12,5 тысяч долларов США, всего 34,5 тысяч долларов США.
Необходимо отметить, что частичное признание иностранных судебных решений ввиду несоразмерности подлежащей взысканию пени не является абсолютно новой тенденцией в области международного частного права. Так, например, в Канаде разработан Единообразный закон об исполнении иностранных судебных решений, который предусматривает, что канадский суд, получивший заявление о приведении в исполнение иностранного решения о взыскании убытков, не являющихся компенсационными, должен ограничить сумму, подлежащую взысканию, той суммой, которая была бы взыскана при подобных обстоятельствах в соответствующей канадской юрисдикции [1].
В системе хозяйственных судов Республики Беларусь отсутствует практика сопоставления чрезмерно высоких размеров гражданско-правовых санкций и публичного порядка Республики Беларусь. Однако представляется необходимым попытаться заблаговременно выработать определенную правовую позицию по данному вопросу.
В статье 2 ГК закреплен принцип добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений.
В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
Пунктом 2 статьи 9 ГК установлено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 ГК, суд, хозяйственный суд или третейский суд могут отказать лицу в защите принадлежащего ему права.
Полагаем, что, опираясь на положения вышеуказанных статей, суд может отказать в признании и приведении в исполнение иностранного судебного решения как не соответствующего публичному порядку Республики Беларусь в случаях, когда подлежащие взысканию размеры гражданско-правовых санкций являются чрезвычайно высокими.
Рассмотрим возможность частичного применения оговорки о публичном порядке в правовой системе Республики Беларусь.
В соответствии с положениями статьи 248 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее - ХПК) хозяйственный суд отказывает в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда в целом или его части, если, в частности, исполнение решения иностранного суда противоречило бы публичному порядку Республики Беларусь.
Таким образом, оговорка о публичном порядке может быть применена к части решения, а оставшаяся часть иностранного судебного акта может быть признана и приведена в исполнение на территории Республики Беларусь.
В соответствии с частью 4 статьи 247 ХПК при рассмотрении дел о признании и приведении в исполнение решений иностранного суда, иностранных арбитражных решений, так же как и при обжаловании решений международных (третейских) судов, находящихся на территории Республики Беларусь (часть 3 статьи 254 ХПК), хозяйственный суд не вправе пересматривать решения вышеуказанных органов по существу.
Следовательно, возникает вопрос: каким образом будет соотноситься частичное применение оговорки о публичном порядке при рассмотрении вопроса о соответствии размера гражданско-правовых санкций основам правопорядка Республики Беларусь с положениями части 4 статьи 247 ХПК, части 3 статьи 254 ХПК?
На наш взгляд, пересмотреть решение по существу можно только лишь заново, исследовав все возможные доказательства по делу (документальные, свидетельские и т.д.).
При сопоставлении решения с основами национального правопорядка только на основании содержания итогового судебного постановления пересмотр решения по существу осуществлен быть не может в принципе.
Механизм уменьшения неустойки по инициативе суда установлен в статье 314 ГК. Пунктом 4 постановления Президиума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 08.08.2002 N 24 "О некоторых вопросах применения хозяйственными судами статьи 314 Гражданского кодекса Республики Беларусь" установлено, что поскольку согласно части 1 статьи 314 ГК основанием для уменьшения размера неустойки является ее явная несоразмерность последствиям нарушения обязательства, то уменьшение неустойки суд должен мотивировать наличием именно этого основания. Решая вопрос об уменьшении неустойки, суды должны учитывать, что к последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором. При оценке таких последствий судом могут приниматься во внимание в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товара, работ, услуг; сумма договора и т.д.).
Очевидно, что установление данных обстоятельств, только исходя из текста судебного постановления, не всегда возможно и требует рассмотрения дела по существу.
С учетом вышеизложенного, а также того факта, что, на наш взгляд, нормы статьи 314 ГК нельзя с уверенностью отнести к основам белорусского правопорядка, частичное применение оговорки о публичном порядке со ссылкой на статью 314 ГК невозможно.
В то же время, полностью отказывая в признании и приведении в исполнение иностранного судебного акта по причине несоответствия последствий признания и приведения в исполнение решения о взыскании чрезвычайно высокого размера неустойки (штрафных убытков) публичному порядку Республики Беларусь, хозяйственный суд может создать легальную возможность уклонения должника от уплаты не только гражданско-правовых санкций, но и суммы основного долга (в случаях, когда на основании судебного постановления подлежат взысканию также основная задолженность и неустойка).
Полагаем, что допущение подобной ситуации является неверным и может привести потенциальных должников к злоупотреблениям уже на стадии заключения гражданско-правовых договоров.
Необходимо также отметить, что отказ в признании и приведении в исполнение решения о взыскании суммы основного долга и, например, чрезмерно высокой неустойки может быть расценен как нарушение принципа обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты в отношении правомерно присужденной к взысканию суммы основного долга.
Представляется, что в случаях рассмотрения вопроса о признании и приведении в исполнение иностранного судебного акта о взыскании суммы основного долга и гражданско-правовых санкций, размер которых носит явно чрезмерный, карательный характер, хозяйственный суд Республики Беларусь на основании принципа добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также принципа обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты будет вправе признать и привести в исполнение иностранное судебное решение в части взыскания суммы основного долга и разумного размера гражданско-правовых санкций.
Степень разумности размера санкций должна устанавливаться на усмотрение судьи и соответствовать основополагающим принципам построения правовой системы Республики Беларусь.

Заключение

В завершение настоящей статьи необходимо отметить следующее.
Принимая во внимание принцип добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также установленный в статье 9 ГК запрет на шикану, суд может отказать в признании и приведении в исполнение иностранного судебного решения как не соответствующего публичному порядку Республики Беларусь в случаях, когда подлежащие взысканию размеры гражданско-правовых санкций являются чрезвычайно высокими.
В то же время отказ в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда может быть расценен как нарушение принципа обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты.
Таким образом, на основании принципа добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также принципа обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты хозяйственный суд будет вправе признать и привести в исполнение иностранное судебное решение в части взыскания суммы основного долга и части, соответствующей разумному размеру гражданско-правовых санкций.





СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Афанасьева Е.Г., Долгих М.Г. Частное и публичное в одном флаконе / Е.Г.Афанасьева, М.Г.Долгих // Предпринимательское право. - 2009. - N 2.
2. Карабельников Б.Р. Исполнение и оспаривание решений международных коммерческих арбитражей. Комментарий к Нью-Йоркской конвенции 1958 г. и главам 30 и 31 АПК РФ 2002 г. / Б.Р.Карабельников. - Статут, 2008.
3. Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под. ред. В.Ф.Яковлева, М.К.Юкова. - Городец, 2003.
4. Ситкарева Е.В. Противоречие публичному порядку как основание отмены решения международного коммерческого арбитража / Е.В.Ситкарева // Право и политика. - 2004. - N 10.
5. Punitive damages // West's Encyclopedia of American Law / Published by Thomson [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.answers.com/topic/puni-tive-damages. - Дата доступа 13.12.2008.
6. Gotanda J.Y. Charting developments concerning punitive damages: Is the tide changing? / J.Y.Gotanda // Columbia j. of transnational law. - 2007. - N 2. - Vol. 45. - P. 510.
7. Goudkamp J. A revival of the doctrine of attainder? The statutory illegality defences to liability in tort / J.A.Goudkamp // Sydney law rev. - 2007. - N 4. - Vol. 29. - P. 459.
8. TXO Production Corp. v. Alliance Resources Corp. // American Constitutional Law Rossum and Tarr [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.wadsworth.com/politicalscience_d/templates/student_resources/0312184506_rossum/cases/cases/ac2_05.htm. - Дата доступа: 03.09.2009.
9. О праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам (Рим II): Регламент Европейского парламента и Совета Европейского союза N 864/2007 // КонсультантПлюс: Россия. [Электронный ресурс]. - М., 2009.
10. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.09.2006 N 5243/06 по делу N А40-64205/05-30-394 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. - 2006. - N 11.
11. Определение Апелляционного суда Литвы от 30 июня 2009 г. по делу N 2Т-103/2009 // Архив Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь за 2009 год.

Адрес:
220030, город Минск, проспект Независимости, 11 к.2 офисы 222, 503, 506 (БЦ отеля "Минск") Email:buro24@tut.by